«Співробітники
ВВС з числа техпідтримки проводили мене
підбадьорюючими посмішками і піднятими
вгору великими пальцями.». Телеканал
робив запис в Мистецькому арсеналі
Патріоти України пропонують розповідь
як це булу, від присутнього там Сергія
Іванова.
Блогер, що став широко відомим завдяки своїм постам з окупованого Луганська мав декілька дошкульних запитань до «обличчя» «Опозиційного блоку, що було присутнє на цьому заході
Я е*ал Вилкула. На людях. Долго, вдумчиво
и проникновенно.
Случилась эта оказия
на записи программы канала BBC, посвященной
войне и проблеме переселенцев. Вилкул
был в числе спикеров, которых пригласили
обсудить эти вопросы.
Не знаю, покажут
мой спич или нет – неважно. Вы ведь мне
верите, я знаю.
Так вот, до моего вопроса
Вилкул как всегда абстрактно-косноязычно
рассказывал об исключительной роли
Оккупационного блока в сотворении мира
и всего сущего. Все сидели и впитывали
изрыгаемый им хаос.
Когда люди из Крыма
и Донбасса пытались апеллировать к нему
или упрекали власть в неопределённости,
он еле заметно улыбался. Без зазрения
совести он ухмылялся издерганным, едва
сводящим концы с концами, потерявшим
всё нищебродам, которые, тем не менее,
в отличие от него твёрдо знают, что
Родина не продаётся.
Я смотрел на его
слащавый, благообразный е*ач и думал
над вопросом, чувствуя учащаемое
адреналином сердцебиение. В общем, он
меня бесил, да.
Когда подошла очередь,
я первым делом пояснил представителю
МЗС, что если у него нет ответа на вопрос
о стратегии возвращения Крыма, который
ему задавала крымчанка, то не нужно
тратить время присутствующих и уважаемой
корпорации BBC, а просто сказать: “Я не
знаю”. Нет ничего постыдного в том, что
ты чего-то не знаешь. Даже если ты
работаешь в МЗС.
Ну а затем я напомнил
Вилкулу о толпах титушни, которыми он
наводнял Днепропетровск и Киев, будучи
вице-премьером. Я напомнил ему, что он
– часть механизма, который убивал и
убивает украинцев, и что его партия не
признаёт Россию агрессором, а Путин для
них – пример для подражания.
Я много
чего сказал, всего уже и не помню, а когда
ведущий перебил меня, мол, какой же у
меня вопрос, я указал на Вилкула и
спросил:
– Що він тут робить?
Зал оценил.
– Вы будете задавать вопрос кому-то?
–
Не знаю. Нужно?.. Вау, Вилкул! Буду.
–
Хорошо. Только когда будете задавать
вопрос, встаньте, пожалуйста. – Вы
действительно хотите, чтобы я встал
перед этим псом?
– Эмм… Ну так полагается.
Нужно, чтобы вас слышали и видели.
- Вот
конкретно за это не волнуйтесь
Вилкул,
чью улыбку вдруг смыло словно говно в
унитазе, взял в руки микрофон и приготовился
было отвечать, но я перебил его, сказав,
что не намерен слушать бред, да и не имею
времени, так как нам, переселенцам,
[понимаете ли] нужно постоянно работать,
чтобы выживать. После этого я вышел из
зала.
Сотрудники ВВС из числа техподдержки
проводили меня ободряющими улыбками и
поднятыми вверх большими пальцами. Я
вышел на улицу, выпил несколько стаканов
воды в импровизированном во дворе
Арсенала баре и, окончательно успокоившись,
поехал домой.
По пути мне подумалось,
что когда я умру, попаду в чистилище и
некто Бог спросит меня, что хорошего я
сделал в жизни, то можно будет сказать:
“Ну во-первых, я е*ал Вилкула…”.
Некто
Бог на секунду задумается, а затем,
громко захохотав, скажет: “По совокупности
всей ху*ни – гореть тебе в аду, Иванов.
Но конкретно за Вилкула – дай “пять”.
Красава”.
Пока я стоял на светофоре и
пытался визуализировать этот гипотетический
диалог, рядом со мной остановился
автомобиль Сергея Лещенко, с которым,
как вы знаете, мы недавно основательно
посрались.
Сергей выглядел уставшим.
Он нарочито сосредоточенно смотрел
вперёд, я тоже пытался делать вид, что
не замечаю его. Но затем мне вдруг
вспомнился ухмыляющийся е*альник
Вилкула, и я отчётливо осознал, что
именно позволяет ему улыбаться. Первое
– безнаказанность, второе – полная
уверенность, что мы, непохожие, колючие
и амбициозные люди второго Майдана,
неминуемо сожрём друг друга.
“А вот и
х*й тебе, Вилкул”, – подумал я и, опустив
стекло, прокричал: “Привет, Серёга”.
Он приветственно помахал мне рукой.
Не
знаю, насколько это сиюминутное
приветствие изменит наши взаимоотношения
в будущем – это детали.
Нет времени
разбираться, кто твой друг, когда известно
наверняка, кто твой враг.